Новости на Newstaraz.

Как живут алматинские «афроказахи»

0 30

«Меня полюбили, когда я в 9 классе на Дне города говорил перед акимом речь на казахском языке».

 

Как живут алматинские "афроказахи"

«Мама, я хочу жить в стране, где много коричневых людей». Это слова 8-летнего алматинского мальчика по имени Жанали, которые он иногда говорит своей маме Айнуре. Жанали ходит в школу, занимается музыкой, мечтает стать футболистом. Он называет себя казахом, хотя, конечно, понимает, что отличается от одноклассников, а они отличаются от него.

Еще буквально год назад Жанали задавал своей маме множество вопросов про цвет кожи, расы и национальности, но сейчас он испытывает смущение, когда заходит речь на эти темы, и старается избегать их. Казахский мальчик Жанали, в жилах которого течет африканская кровь, стал стесняться своей «особенности». Он хочет стать таким, как все люди вокруг, ну, или чтобы все люди вокруг стали такими же, как он.

Как живут алматинские "афроказахи"
                                                Жанали и Таир

Недавно Жанали познакомился с Таиром. У мальчишек много общего: возраст и оттенок кожи — это то, что лежит на поверхности. Правда, футбол Таир не любит, вот уже год он ходит на фигурное катание, и ему очень нравится. Смугленький мальчишка на белом льду — конечно, многие смотрят на него с интересом. Его мама Зухра, как и Айнура, воспитывает сына одна. Она не всегда знает, как правильно ответить, когда ее 7-летний мальчуган приходит с улицы и задает вопрос: «Мама, а что такое негр?». Дети испытывают смущение и одиночество, а их мамы боятся, что этот мир может быть излишне жесток к ним только потому, что они немножко другие.

На самом деле Жанали и Таир еще не знают, что такое ксенофобия. Они с ней никогда не сталкивались. Право слово, не считать же ксенофобией наивный вопрос соседского мальчишки «почему ты такой черный?» или пристальные взгляды прохожих на улице? Скажем прямо, в нашем обществе до сих пор так смотрят на всякого, кто хоть немножечко «в меньшинстве»: на человека с татуировками, дредами или девушку в хиджабе. И цвет кожи тут — дело десятое. Вот только как объяснить это 7-летним мальчишкам?

Как живут алматинские "афроказахи"
                                                            Таир

«Я только недавно, когда Жаник перешел во второй класс, разрешила себе отпускать его одного. Я же не могу всегда строить защитные стены вокруг него. Теперь он сам ходит в школу, на тренировки. Я знаю, что он ощущает эти взгляды. Иногда говорит: «Мама, я устал от этого».

С Айнурой мы знакомы давно. Своими переживаниями и сомнениями она делится, когда я предлагаю ей принять участие в материале о людях с африканскими корнями, которые живут в Казахстане, и рассказать их с Жаником историю. Айнура соглашается, но вместе с тем предлагает провести встречу и познакомить мальчишек — Жанали и Таира — с другими героями моего репортажа. Так дети знакомятся с Марселеном, Даниэлем и Аминатой — молодыми людьми, которые совсем недавно прошли этот непростой путь принятия себя и своей внешности.

Как живут алматинские "афроказахи"
Даниэль Джеймс Данлади-Бвай, Айдана и Адель

Даниэлю 23 года, он молодежный президент Африканского сообщества в Алматы. Его мама русская, а папа родом из Нигерии, из ее бывшей столицы Лагоса. Он профессиональный музыкант, играет на фортепиано, недавно выучился играть на домбре. На встречу Даниэль пришел вместе с женой Айданой и маленьким курчавым чудом по имени Адель. Со своей супругой молодой человек познакомился на Арбате. «Проходил мимо, увидел девушку во всем белом, я тоже был во всем белом, так и познакомились. Поженились мы примерно через три года». Задаю несколько бестактный вопрос и получаю ожидаемый ответ: да, родители Айданы сначала были против, особенно отец. Ради своей любимой Даниэль выучил казахский, и только после этого сердце будущего тестя начало оттаивать.

Как живут алматинские "афроказахи"

Оказалось, что Даниэль и Жанали — старые знакомые. В подростковом возрасте Даниэль часто играл в баскетбол во дворе, где живет бабушка Жаника, и, когда маленький темнокожий карапуз приезжал в гости к ажеке, друзья Даниэля шутили: «Смотри, твой братишка идет!». Жаник своего соседа по двору не вспомнил, был тогда слишком мал, но это вовсе не помешало им с ходу найти общий язык. Впрочем, как и с остальными участниками нашей необычной встречи. Я еще не раз удивлюсь этой открытости «афроказахов», их горящим глазам, готовности к принятию всего нового.

Как-то сразу становится понятно, что если детям важно увидеть других «коричневых людей», то мамам — поговорить с ними. Немного смущаясь, мама Таира Зухра спрашивает: «А что вы делаете с волосами? Как расчесываете? Что надо делать, чтобы они вот так росли?». За этим вроде бы простым бытовым вопросом хитросплетения чувств мамы, которая пытается нащупать ниточку к своему ребенку: как сохранить его индивидуальность и зародить уверенность в себе, как научить правильно воспринимать себя и здраво реагировать на проявления общества, в котором он живет, как обезопасить от негатива, но не лишить возможности дышать полной грудью?

Как живут алматинские "афроказахи"

Даниэль Джеймс Данлади-Бвай:

Каждый из нас прошел через это. Я точно не помню, но в классе втором-третьем я, наверное, переживал. Помню, пройдет дождь, асфальт местами высохнет, где-то появляются белые пятна, а где-то остаются темные. И я старался ходить по белым пятнам, думал, что я от этого стану белым. Со временем все прошло. Я, наоборот, стал думать, что я уникальный, а другие люди мне завидуют. Проходишь через гнев, через драки. В 15-16 лет появилась абсолютная уверенность, что моя внешность  —  это преимущество. До этого я сомневался.

Казахстан — вполне благополучная в плане расизма страна, в том смысле, что его у нас нет. Для его появления просто не существовало никаких исторических предпосылок: у нас не было ни рабства, ни сегрегации. Если так рассуждать, то наша страна более комфортна для воспитания ребенка-мулата, чем те же США, где большая часть населения еще прекрасно помнит времена, когда темнокожим нельзя было ездить в одном автобусе с белыми. С другой стороны, этот образ — то, как мы видим свою страну отсюда, из Алматы. А Алматы — это далеко не весь Казахстан.

Как живут алматинские "афроказахи"
                                                     Марселен Камате

Друг Даниэля, Марселен Камате, родился в Алматы, но несколько лет жил в Таразе, и там ему было сложнее оспаривать свое право на индивидуальность. «Меня полюбили, когда я в 9 классе на Дне города говорил перед акимом речь на казахском языке. После этого люди в городе стали говорить: О, это же наш Марсель!».

Марселену 19 лет, и он изо всех сил старается найти себя. Играет в футбол, снимается в молодежном сериале «Нархоз», занимается музыкой. Он называет себя афроказахом, хотя в нем нет ни капли казахской крови — его мама русская, а отец родом из Республики Мали, в западной Африке. На русском он говорит с казахским акцентом, а свою речь щедро пересыпает казахскими словами и присказками. Но в то же время Марсель признается, каким бы казахским ни был твой менталитет, все равно хочется общаться с такими же людьми, как ты: «Посещая наши африканские праздники, я понял, что не один. Это тепло мне приходило от Даниэля, Аминаты, других ребят».

Как живут алматинские "афроказахи"
                        Амината Айша Уэдраого

Амината Айша Уэдраого — дочь казашки из далекого села где-то под Туркестаном и африканца из Буркина-Фасо. Ее отец приехал в Алматы на учебу, была свадьба, и молодая семья уехала жить в буркинийскую столицу Уагадугу. Амината до сих удивляется, как ее мама решилась на такой дерзкий для девушки из традиционной казахской семьи поступок. 10 лет назад семья вернулась обратно в Алматы, и Амината, практически забывшая русский язык, пошла в русскую школу.

«В Буркина-Фасо мы с братишкой тоже не считались своими. Там про нас говорили «ребенок белого человека» и реагировали точно так же, как здесь. Моя мама говорит: вы, мулаты, никогда не найдете место, где будете комфортно себя чувствовать, вам нужно создать какую-то свою страну. А я предпочитаю говорить, что у меня две родины: Казахстан и Буркина-Фасо».

Амината очень уверенная и спокойная, складывается впечатление, что все тревоги по поводу цвета кожи обошли ее стороной. Не могу сразу определиться: общество к ней более гуманно к ней, потому что она девушка, или же в этом заслуга ее мамы, сумевшей задать правильные ориентиры и безусловно любить?

Как живут алматинские "афроказахи"

«Мама всегда говорила нам с братишкой: вы классные, не надо как-то слишком выделяться, все у вас в голове и все зависит от вас. Она не мешала нам пройти свой путь. Да, на тебя могут показать пальцем или назвать черной, но это нужно пройти и научиться правильно реагировать. А вообще вам повезло больше, чем нам. Лет 10 назад мы были первыми темнокожими детьми в Алматы, все свалилось на нас. А сейчас дорога уже проложена, мне кажется, люди уже не так обращают внимание на эти вещи».

…Накануне нашей встречи с «афроказахами» я долго думала о том, как все пройдет. Удастся ли нам обсуждать эти тонкие вопросы деликатно, но предельно откровенно, проникнутся ли дети доверием к похожим на них, но, по сути, посторонним людям, захотят ли поделиться своими переживаниями… Я предполагала, что у меня получится статья о детях, их страхах и счастливом избавлении от них.  Но оказалось, что главные герои этой встречи вовсе не дети (в силу возраста они, скорее всего, не могли осознать всей ее важности), а их родители.

Как живут алматинские "афроказахи"

Мамы Таира и Жанали торопились задавать вопросы: удобные и неудобные, иногда острые и колючие, выставляющие напоказ переживания и неуверенность — как правильно воспитать необычного ребенка? Избрав для себя роль стороннего наблюдателя, слушая вопросы мам и ответы молодых людей, я поняла, что все трудности и неприятности, которые ребятам пришлось испытать в жизни, случились с ними не из-за цвета их кожи. А из-за неуверенности их родителей в самих себе, предубежденности по отношению к собственным детям.

Как живут алматинские "афроказахи"

К сожалению, порой случается так, что самыми главными расистами для своих детей становятся сами родители. Считая своего ребенка «другим», они стараются оградить его от общества, а заодно ограждают себя — от ответственности за его будущее. И если мамы хотят правильно воспитать своих мальчишек-мулатов, им надо перестать придавать слишком много значения цвету их кожи, а просто безусловно любить. Не давать готовые ответы на все вопросы, а пробудить желание искать эти ответы самому. Не оберегать от несправделивостей этого мира, а дать шанс набить шишки и извлечь из этого уроки. Главное — любить и не считать своего ребенка чужим этому обществу, а значит, в конечном итоге, себе. А дети… Что дети? — Когда их любят, они обязательно вырастают счастливыми.

Источник: Comode.kz/Антонина Кукаева

 


 

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Translate »