Новости на Newstaraz.

Казахстанец рассказал о расследовании ФБР и обвинениях во взломе Bloomberg

0 7

Казахстанский юрист Игорь Яримака три года провел в тюрьмах Великобритании и США по обвинению в соучастии в киберпреступлении.

В начале 2000-х история хакера Олега Зезева и юриста Игоря Яримаки облетела весь мир. Казахстанцев обвиняли в хакерской атаке на компьютерную систему транснациональной компании Bloomberg Financial News и вымогательстве денег у миллиардера Майкла Блумберга.

14 лет спустя Игорь Яримака, доказавший свою невиновность и написавший книгу о своих «приключениях» в тюрьмах Англии и США, собирается снять фильм по мотивам тех событий. О встрече с математиком Олегом Зезевым, агентах Скотланд-Ярда под прикрытием, соседях-талибах и месяцах заключения в одиночной камере Игорь вспоминал в разговоре с Today.kz в казахстанском пресс-клубе в Алматы.

«Очень тяжело рассказывать и вспоминать. В 2000 году математик Олег Зезев, работник «Казкоммерцбанка», начальник отдела по кибербезопасности, имел доступ к системе Bloomberg Financial News. У них был договор с компанией и в процессе своей работы (как он объяснял) он нашел прорехи в системе защиты. Начал анонимную переписку. Корпорация Bloomberg пригласила его на встречу в Лондоне. Майкл Блумберг лично отправил приглашение. В то время он баллотировался в мэры Нью-Йорка. За два месяца до отъезда Олег пригласил меня как юриста, который работал с зарубежными компаниями, чтобы на переговорах я отстаивал его интересы по контракту. Как оказалось позже, все было не так», — сказал Яримака.

Об этом станет известно гораздо позже, но после прилета в Лондон Олег Зезев написал письмо своим родителям. Математик предупредил семью о том, что в случае его ареста необходимо требовать у Майкла Блумберга 400 000 долларов. Казахстанцев арестовали 10 августа 2000 года после встречи с миллиардером.

«Мы встретились с Блумбергом, Томасом Секундой и его командой в отеле Hillton. Часть из них, как оказалось, была сотрудниками Скотланд-Ярда под прикрытием. К тому моменту спецоперация продолжалась уже шесть месяцев. Называлась она Indemnity (Возмездие). Проводили ее ФБР совместно со Скотланд-Ярдом и Комитетом национальной безопасности Республики Казахстан. Были собраны доказательства, велась оперативная работа», — отметил Игорь.

Ничего не подозревающему и, мягко говоря, шокированному юристу объявили о депортации из Штатов.

Еще спустя сутки Яримаке предъявили обвинение в соучастии.

«На момент ареста мне была предъявлена депортация, никакого уголовного преследования не было. Но через сутки в полицейском участке меня обвинили в соучастии в групповом преступлении, а в конечном итоге и в организации преступления. Так как я бывший следователь, работник прокуратуры и якобы был связан с преступными группами», — вспомнил Игорь.

В это же время спецслужбы проводили обыск в его алматинской квартире, где остались супруга Галина и самый верный друг семьи — немецкий дог.

«Я пришла с работы. Звонок в дверь, а за ней стоят представители органов, которые предъявили документ о том, что обязаны провести обыск в нашей квартире. Прошерстили по всем комнатам, но, естественно, ничего не нашли. Было неприятно, что забрали наш компьютер, где даже соединение с Сетью не было подключено», — сказала Галина Яримака.

Когда Игорь узнал, что его дело ведет ФБР, понял — доказать свою невиновность почти невозможно. Как ему тогда говорили — невозможно ровно на 99,9 процента. Так прошли два года в печально известной английской тюрьме «Брикстон», где приходилось выживать.

«Два года я провел в тюрьме усиленного режима «Брикстон».

Прошел международные блоки, сидел с талибами, террористами, русской мафией, убийцами. Проблемой было не только доказать свою правоту, но еще и выжить. Я был в среде, где не просто не любят прокуроров, а могут убить.

Но мне повезло. А потом случилось 11 сентября (теракт в Нью-Йорке в 2001 году — Прим. автора), и шансы доказать мою невиновность превратились практически в ноль. В 2002 году я не стал обжаловать решение Палаты лордов, а написал заявление, что готов добровольно ехать в США и доказывать свою невиновность уже в федеральном суде», — рассказал Игорь Яримака.

Все это время его супруга находилась в Алматы. Единственной ниточкой, связывавшей их через прутья тюремной решетки, бюрократию трех стран и тысячи километров, были письма. И несколько минут телефонного разговора.

«Мы переписывались. Иногда были звонки. Ему разрешалось звонить буквально по одной минуте. Но не сойти с ума мне помогала моя работа и… собака. Помню, меня вызывали в КНБ, и я задала только один вопрос: «Скажите, мой муж виноват?». Мне ответили: «В отношении вашего мужа никаких претензий нет абсолютно». Это было, когда Игорь еще находился в «Брикстоне», — рассказала Галина.

Все это время казахстанские дипломаты пытались вернуть юриста на родину. Когда это оказалось невозможным — помогали, чем могли. Игорь до сих пор помнит долг в 50 фунтов стерлингов, который так и не вернул казахстанскому консулу в Англии.

«Сотрудники КНБ прекратили дело в отношении меня, МИД Казахстана буквально через два-три месяца включился в процесс, чтобы меня вернули на родину, но на тот момент экстрадиционного договора не существовало.

Я благодарен нашему консулу в Лондоне и его помощнику и до сих пор не могу вернуть ему долг — 50 фунтов, которые он лично перечислил. А тюрьме даже 50 фунтов — большая подмога, когда у тебя нет ни родственников, ни денег.

Это те же сигареты и питание», — уже с улыбкой вспомнил Игорь.

В США процесс над Яримакой и Зезевым разделили на математическую и юридическую части.

Игорю неоднократно предлагали заключить сделку с прокурором и уйти под программу защиты свидетелей.

«В тюрьме меня считали сумасшедшим. Адвокаты часто предлагали мне заключить сделку, где я должен был дать показания против Зезева и тогда попал бы в программу защиту свидетелей; либо я должен был частично признать вину, получить минимальный срок в два-три года и остаться либо в США, либо уехать в другую страну», — рассказал Игорь.

Олега Зезева признали виновным и приговорили к четырем годам тюремного заключения и выплате миллиона долларов по гражданскому иску. Обвинение против Игоря Яримаки в конечном счете развалилось. Ему предложили «грин-карту» и жизнь в Штатах. Но он вернулся в Казахстан.

«В отношении меня был второй процесс, и когда на предварительных слушаниях судья сказала, что за три года не увидела ни одного документа, доказывающего, что я соучастник преступления, ФБР и прокуратура отказались от обвинений. Ходатайствовали о прекращении дела, и судья прекратила его в течение 10 минут.

После этого мне предложили остаться в Штатах, получить грин-карту. Судья считала, что мне поломали жизнь и мое право — начать все сначала в хорошей демократической стране.

У моей супруги Галины была виза. Нам пообещали получение вида на жительства с последующим получением гражданства США. Мы с супругой решили, что возвращаемся в Казахстан и начнем жизнь с нуля», — рассказал Игорь Яримака.

Но возвращение на родину было далеко не таким радужным, как они могли представить по дороге домой. Яримаке было крайне сложно снова вернуться в строй казахстанских юристов.

«Когда вернулись, было тяжело. Приглашали везде. Даже лекции в некоторых университетах читал. Но первые годы была проблема с работой. Постепенно старые клиенты стали возвращаться. Стал вести гражданские дела, хозяйственные. Помогал с трудовыми спорами, иногда — бракоразводными процессами. В этом году моему стажу 30 лет. Думаю, как юрист в этой жизни я сделал уже все, что мог. Я выиграл столько дел, сколько хотел, и мне уже просто неинтересна исключительно юриспруденция», — поделился он.

Тюрьмы двух стран не на шутку подорвали здоровье: физическое и эмоциональное. И юрист оставляет за собой право подать иск против ФБР о возмещении причиненного вреда.

«Я говорил, что это мое право как человека: отстаивать и защищать свои права за то, что я потерял здоровье. Я похудел на 20 килограммов только за три месяца там. У меня на память остались ремень и костюм, которые я когда-то носил. Чтобы вы понимали, тюрьма там — это не наши лагеря, не наши зоны. Это камерный режим.

Камера: два на три метра, где сидят годами. Я просидел в «одиночке» 10 месяцев»,  — рассказал юрист.

Еще в тюрьме он начал писать книгу «Обратная сторона Луны» о заключении, процессе и деле против него. Сегодня, 14 лет спустя, он собирается снять об этом фильм. Картину собираются снимать в Казахстане, США, Великобритании и Испании.

Кстати, рабочее название у нее пока то же, что и у книги.

Правда, улыбнулся Игорь, вполне возможно, что фильму дадут имя кодового названия той самой спецоперации — Indemnity.

Возмездие.

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.